Ледяной трон  - Татьяна Осинская

— Не самое удачное стихотворение для визуализации, — пробурчала я, стараясь сохранить образ пруда с кувшинками, что раскинулся по залу.

— А мнэ кажэтся, что чудэсноэ! Мало того что помогает в работа, так еще и дэмонстрируэт твойо эмоциональноэ состояниэ.

— И что с моим состоянием?

«В настоящий момент оно устойчиво. Прослушав стихотворение, ты спроецировала природные образы, которые автор использует для сравнения».

— А что еще можно было воспроизвести?

«Увядание кувшинок Грязное болото. Смерть. У стихотворений подобного рода множество трактовок, и каждый сам для себя выбирает его наполнение. Я в нем вижу сожаление о впустую потраченном времени, которое, подобно кругам на воде, невозможно остановить или повернуть вспять. Ты увидела живую красоту ночного озера с королевскими цветами. А Лаель наверняка задумался бы о магической составляющей водных лилий, что цветут в полнолуние. Понимаешь?»

— Принцип — да, а причину этой проверки — нет. Ты могла бы просто спросить, как я себя чувствую.

«Могла бы, но зачастую наши слова и состояние не соответствуют друг другу. А лезть к тебе в голову и читать мысли я считаю не лучшим способом для укрепления дружеских отношений».

— Я придерживаюсь такого же мнения, поэтому очень благодарна за деликатность. Однако подобная проверка не сильно отличается от прямого чтения мыслей. Айя, со мной все в порядке, насколько это вообще возможно в сложившейся ситуации.

— Но?

— Их много, этих «но», и не все можно объяснить. Да ты и сама все прекрасно знаешь.

— Знаю, поэтому и провэряю. Я волнуюсь за тэбя, и нэ я одна!

— А кто еще?

— Твой учитэл, напримэр, — с заминкой ответила южанка и как-то слишком поспешно сменила тему. — Ну что, продолжим?

— Думаю, на сегодня хватит. Мне нужно собрать вещи. Да и тебе тоже!

— Все, что мнэ нужно, всэгда со мной. А чэго нэ хватит, можно будэт докупит в ИнАлэнарэ.

— Как думаешь, мы там надолго?

— Всо завысэт от таво, какой обийом знаний хранится в Сэрдце Мира.

— И на какое время нам позволят остаться. Трил Лаель оговорился, что из-за войны Совет стал очень подозрителен и с неохотой принимает соседей.

— Так оно и есть. Впрочэм увэрэна, что Лаэл сможэт с ними договорится. Как минимум нэдэля у нас будэт, а далшэ посмотрим.

— Надеюсь, потому что после всего прочитанного о Поглощающих мне страшно. Они — та сила, что способна уничтожить всех и вся. И самое печальное, что наши предки сами породили столь могущественного врага.

— К сожалэнию, Кай, это нормално — расплачиватся за грэхи прэдков. Но мы обязатэлно справимся. Обязаны это сделат.

— Надеюсь, Мирайя. Очень надеюсь!

* * *

Свитки, что мы сумели найти, хранили в себе много разрозненных сведений о темных, иногда противореча друг другу. Собирать информацию приходилось по крупицам, сопоставляя записи и источники. По всему выходило, что предмет, который достался трилу Лаелю, действительно был артефактом. Некоторые из символов, которые удалось расшифровать, являлись общими во многих заклинаниях Иных и служили либо для стабилизации магических потоков, либо как накопители. Остальные же зависели от силы самого мага и были направлены на усиление дара. В общем, попавший к нам посох определенно был личной вещью Поглощающего, но его прямое назначение выяснить пока не удалось. Однако символы усиления встречались на нем достаточно часто, что слегка настораживало.